Христианский ФОРУМ

Текущее время: 27-10, 00:30

Часовой пояс: UTC + 3 часа




Начать новую тему Ответить на тему  [ Сообщений: 48 ]  На страницу Пред.  1, 2, 3, 4, 5
Автор Сообщение
СообщениеДобавлено: 14-05, 01:27 
Не в сети
Старейшина
Аватара пользователя

Зарегистрирован: 11-11, 18:06
Сообщения: 5384
Откуда: Москва
САДХАНА, МАТРИЦА, ИНТЕГРАЦИЯ И РАЗЛИЧЕНИЕ

Решение есть. От страданий можно избавиться. Ответом является практика, причем прямо сейчас. Практика нужна нам, нужна Богу, Вселенной, но прежде всего — тебе самому. Практика, а не просветление — вот ответ. Лучше практика прямо сейчас, чем просветление когда-нибудь потом.

Садхана, духовная практика, — вот проводник очищения, построения матрицы и развития целостности. Садхана включает все формальные и неформальные виды практики. Матрица и интеграция — грани и в то же время плоды садханы. Создание матрицы означает развитие фундамента, контекста, изощренной внутренней «структуры», способной удерживать и обрабатывать духовные знания и переживания. Интеграция — это процесс поглощения знаний и переживаний посредством практического приложения инсайтов в повседневности. Садхана, матрица, интеграция и различение наряду с очищением образуют взаимосвязанный процесс, мощную паутину, которая оберегает от опасностей.

Садхана

Многие из тех, кто преждевременно претендует на просветленность, отказываются признавать необходимость не столько продолжительной, сколько пожизненной садханы, когда человек до последней минуты продолжает заниматься, учиться и углублять степень своего понимания истины.
"Все, с чем вы сталкиваетесь, все, что вы делаете, начиная с момента пробуждения и заканчивая отходом ко сну, служит цели воспитания и очищения вашего «я»: это непрерывный, постоянный труд".
"Если мне плохо или не по себе, позанимаюсь чуток, чтобы успокоиться". Это не практика, не отказ от себя, не избавление от эго, а самый настоящий эгоизм». Будзи-дзэн и современные нью-эйджевские духовные практики — садхана для эго. Эго ими руководит, эго пожинает их плоды и тешит себя мыслями о том, что делает шаги навстречу просветлению, которое и так уже достигнуто.
В книге «С глазу на глаз, или В поисках новой парадигмы» Кен Уилбер изобличает порочность мысли о том, что просветления можно достичь, просто рассуждая о духовности. Он оспаривает и осуждает убеждение в том, что переход к новой парадигме способен заменить усилия по очищению и классическую духовную практику, а в доказательство приводит ошибки из недавней истории. Каждому приятно считать себя исключением из правила, но все великие учителя и мыслители, а также развитые ученики, безуспешно пытавшиеся срезать путь к цели, неустанно призывают к усердной духовной практике. «Острые переживания не сделают тебя святым, — утверждает Рабби Зальман Шахтэр-Шало-ми. — Святым делает тяжкий нравственный труд».

Результатном ваших занятий станет то, что, даже решив поступить дурно, вы не сможете этого сделать. «Они» не дадут Мм поступить дурно, потому что занимаетесь на самом деле не «вы». И если вы будете заниматься постоянно, «вы», ваше эго, не будет иметь права голоса.

Буддийские предписания (не убивать, не лгать, не красть и так далее) — не заповеди. Буддизм, как и любая другая традиция, — это не следование законам, а жизнь в согласии с истиной; его предписания — просто перечисление принципов, естественных для подлинно просветленного и развитого человека. Так ведет себя тот, кто стал Буддой. Нужно работать и работать, оттачивать и оттачивать свое мастерство, пока не начнешь жить настоящей просветленной жизнью. Исполнение предписаний — свидетельство просветленности, а не навязанные самому себе правила.

Если для доказательства собственного существования эго требуются страдания, практика станет для него средством превращения в мученика. Если ему хочется избегать близких отношений, практика станет тому благородным оправданием. Как мы уже убедились, эго способно воспользоваться чем угодно — включая идеи практики, просветления и духовности — и направить эти средства на последующее укрепление своего неприступного замка.

Практика — еще один способ проверки просветленности. О плодах просветления легко судить по обыденной жизни человека, и потому нет садханы более трудной, чем осознанная и осмысленная жизнь.
«Практика испытывает пределы твоих способностей. Это проверка. Практика испытывает тебя до предела, помогает проявиться тому, чего ты сам от себя не ждал».
«Работать нужно так упорно, чтобы со стороны казалось, будто вы уже находитесь в нирване.»


Практика не становится совершенной сама собой. Новичку не следует надеяться, что он сразу вступит на духовный путь опытным и искусным практиком. Практика постепенно укрепляет способности к практике. Ее силами постепенно выстраивается матрица — фундамент, позволяющий человеку сберегать накапливаемые преимущества и в то же время обращать их на пользу дальнейшей практике.

_________________
Не важно, что написано. Важно, как понято.


Вернуться к началу
 Профиль  
 
СообщениеДобавлено: 03-06, 02:34 
Не в сети
Старейшина
Аватара пользователя

Зарегистрирован: 11-11, 18:06
Сообщения: 5384
Откуда: Москва
Матрица

Матрица — это основа, энергетическая структура, медленно выстраивающаяся благодаря садхане. Она позволяет человеку переходить к высшим духовным энергиям и процессам, а после переносить их в свою повседневную жизнь.
Боб Хофман, изобретатель Четверичного Процесса Хофмана: «Для многих людей духовный труд — это украшение мусорной кучи взбитыми сливками. Сливки самые настоящие, но и они не в силах заглушить смрад отбросов». Духовные переживания — именно их Хофман называет «взбитыми сливками» — не так уж ценны сами по себе и могут ввести в заблуждение, если венчают гору неочищенной структуры эго. Внешне все выглядит благопристойно, но отсутствие столь же аппетитной начинки рано или поздно обнаружится. Начинка же готовится в процессе упорной практики. Энергетическое укрепление тела допускает больший приток преображающих сил и уравновешенность эмоциональной структуры, что позволяет сберегать устойчивость даже при усиливающейся эмоциональной нагрузке, которую непременно вызывает процесс очищения.
"Что я считаю действительно важным, так это необходимом научиться быть постоянно бодрствующим — настолько, насколько возможно."
«Задача духовного пути — научиться обращаться с мистическими переживаниями так, чтобы они не выводили из равновесия, поскольку переживания эти нередко очень мощны». В отсутствие матрицы, способной вместить возникающие мистические переживания, случается обычно одно из трех: человек либо переносит духовный кризис, либо неверно толкует испытанное, вследствие чего его самомнение раздувается, либо вообще не претерпевает какой-либо трансформации."

Древние мастера дзэн говорили, что не просветленность определяет характер человека, а наоборот. Образованная за время многолетней духовной практики надежная матрица формирует, видоизменяет и шлифует личность таким образом, что черты ее индивидуальности становятся изящным сосудом для хранения энергии просветления.
Матрица — это сосуд, где сберегается энергия пробуждения, Бога, или Истины, а духовная практика — средство, с чьей помощью этот сосуд промывают (очищают) и готовят принять содержимое. Духовный искатель, который не проводит надлежащей подготовительной работы, приглашает Бога в неприбранный дом, недостойный столь почетного гостя.
«Нужно создать внутри себя вместилище для мистических переживаний. Многие из нас захламлены проблемами, горечью неудач, комплексом неполноценности; с возрастом объемы этого мусора увеличиваются, он заполняет все свободное пространство. Душу можно сравнить с домом: если жилище доверху забито вещами, то явившаяся энергия Высшего Я 6удет биться о стесняющую его мебель и вызовет настоящий хаос. Человек не сможет ее удержать, она будет причинять слишком много неудобств. Я встречал немало людей, которым негде было хранить свои переживания, и в результате они очень страдали.»

«Говорят, что тот, кто увидит Бога во всем его величии, просто погибнет от благоговения. Именно с такими опасными энергиями игра. О простодушные духовные искатели! Без соответствующей подготовки они могут оказаться в обстоятельствах, с которыми не в силах будут справиться. Духовная практика выстраивает новую совокупность привычек - уже осознаваемых, осмысленных, - которые замещают прежние невротические привычки и способствуют сбережению и поглощению высших энергий.»
«Такие моменты пробуждения бывают у многих, но многие ли готовы быть усердными, дисциплинированными, работать над собой... чтобы естественным образом, говоря словами брата Лоуренса, «быт» способным жить в присутствии Бога».


Матрица не просто полезна для практического использования мистических переживаний; в некоторых случаях отсутствие Матрицы причиняет серьезный вред. «Иные люди с самого раннего возраста испытывают поразительные переживания, но недостаток эмоциональной зрелости не позволяет их удержать, поскольку структура мышления остается слишком жесткой, привычки так сильны, что сберечь яркость видений очень тяжело. Таким образом, для многих эти явления становятся началом падения .сопровождающегося самоосуждением, ощущением своей странности, разочарованиями, ощущением предательства и прочими подобными переживаниями».
поток духовной энергии, который подчас совершенно неожиданно захлестывает начинающих и тех, кто проводит эксперименты с наркотическими веществами либо становится жертвой несчастного случая, вибрирует на такой высокой частоте, что неподготовленное тело и мышление не способны одновременно сохранять и обычное, и расширенное сознание.
Нишапурские суфии так остро понимали необходимость крепкой матрицы, позволяющей сознательно удерживать мистические переживания, что на протяжении долгих столетий разрабатывали особые средства такого преобразования этих переживаний, чтобы человек даже не догадывался, что они у него случались.

«Достижение целостности происходит через испытание и прочувствование опыта, а не его осмысление. Судить о той степени, в которой вы осмыслили и впитали свой опыт, можно по конкретный примерам из повседневной жизни.»
Суфии знали, что у новичка не может быть той ясности и глубины сознания, какая необходима для правильного обращения с подобными переживаниями.
Помимо прочего, матрица позволяет духовным переживаниям оказывать продолжительное трансформирующее воздействие. Без такой матрицы переживания либо уходят в подсознание и забываются, либо пылятся на полке трофеев эго, не вызывая каких-либо устойчивых изменений личности.
Джек Корнфилд разделяет характерное для многих учителей мнение о том, что устойчивая трансформация требует таких усилий и объемов времени, какие большинство начинающих духовных учеников просто не в силах вообразить. Во всяком случае, для серьезных перемен нужно нечто большее, чем парочка пьянящих переживаний.
«Благодаря изучению буддизма и многолетнему преподаванию его традиционных взглядов, мне стало ясно, что люди недооценивают глубину перемен, необходимых для полного духовного преображения. Настоящая свобода требует широкомасштабной точки зрения — той, которую учителя дзэн называют «вечным разумом». Да, само пробуждение занимает считанные мгновения, но для того, чтобы жить им, сделать его вечным, могут понадобиться месяцы, годы, порой целая жизнь. Наклонности и привычки так глубоко впитываются в наши души, что даже самые притягательные видения почти не меняют жизнь человека.»

Новички чаще всего попадают в одну и ту же ловушку: мечтая о свободе и пробуждении, они не желают трудиться и строить хранилище для просветления. ... «Людям свойственно дурное упрямство. Они слишком торопятся и упускают множество важных этапов процесса». Под процессом она понимает духовный труд, духовную практику, а не развлечения с духовным совершенством, которое никогда не дается легко. За настоящую трансформацию приходится платить высокую цену, и лишь тот, кто платит ее сполна, получает качественный товар.

Интеграция

Интеграция — это постепенное поглощение духовных переживаний и энергий, которое ведет к трансформации. Мышление может погружаться в просветленные состояния и покидать их, но вечное пробуждение таится внутри и выражает себя посредством тела. Садхана выстраивает матрицу, которая способна удержать переживания и энергии, а после впитать их и вызвать подлинное преображение, а не просто усилить склонность к самомнению и выгодным для эго толкованиям.

Если взглянуть совсем уж беспристрастно, духовный путь скорее практический, чем эзотерический.
без интеграции переживания никогда не приносят плодов: «Они по-прежнему парят где-то там, среди облаков, никогда не приближаются к земле и никак не влияют на обычную жизнь человека».
Интеграция — не короткое событие, как многие считают, а длительный процесс. По правде говоря, многие либо вообще не сознают, либо предпочитают не обращать внимания на необходимость интеграции, хотя она рано или поздно происходит сама собой. Человек поспешно делает шаг от ощущения просветленности прямо к преподаванию и обращению в свою веру, не сознавая, однако, того, что испытанное им еще не срослось с душой, не пустило ростков и корней.
Капло-роси считает, что до тех пор, пока «ощущения пробужденности не стали частью повседневной жизни, когда человек живет в строгом соответствии со своими прозрениями, нельзя говорить о настоящем просветлении». Он сравнивает это с чувством голода: чтением книг о вкусной и здоровой пище желудок не наполнишь, а еда усваивается лишь после того, как ее кладут в рот, пережевывают, проглатывают и переваривают.
Воэн-Ли рассказывает о суфийском учителе Бхаи Саибе, который без труда мог вызвать у других мистические переживания, но делал это очень редко. «Зачем? — говорил он. — Стоит им расстаться со мной, как эти ощущения исчезнут». Одних только переживаний еще не достаточно. Для того чтобы слиться с дарами богов, нужны время и усилия.

Суфий Ли Лозовик горячо отстаивает необходимость интегрировать переживания с самой жизнью. Ли поясняет, что мощные мистические состояния почти всегда вызывают желание погрузиться в них без остатка и забыть обо всем прочем; главная же задача сводится к продолжению участия в жизни этого мира, что достигается трудом — совершенно обычной, заурядной работой.
Именно потому, что мистические переживания так засасывают, я всем и каждому твержу: «Продолжайте работать». Делай что угодно — пропалывай грядки, готовь еду, сиди в конторе, — главное продолжать действовать. Основная цель — не заблудиться в переживаниях, а добиться того, чтобы очищающая сила тех энергий, что вызывают блаженство, мистические взлеты и чудесные картины, повлияла на твою обыденную жизнь тут, в этом мире, среди людей. Мудрость такого очищения в том, что ты углубляешь свои отношения со всем миром в целом.

Достижение различения

Благодаря садхане, матрице и процессу интеграции у человека развивается все более острое умение отличать подлинные мысли и переживания от эгоистических, способность испытывать мистические переживания, не позволяя себе затеряться в них, честность перед собой, откровенный взгляд на самого себя, других учеников и учителей.
"Я вовсе не одарен больше других Я только лишь более любопытен, чем средний человек, и никогда не брошу заниматься той или иной проблемой, пока не найду удовлетворительного решения. Альберт Эйнштейн
«Человек, стремящийся к просветлению, должен хотеть и уметь различать, — настаивает Эндрю Коэн. — Без различения, ясного, незамутненного и непротиворечивого понимания пробуждения не достичь».

Различение — не линейный процесс; к тому же оно не опирается исключительно на интеллектуальные способности. За редчайшими исключениями, дар различения развивается длительно, на протяжении многолетней духовной практики, путем бесчисленных проб и ошибок.
"Не следует ожидать, что дар различения проявится сам собой. Различение возникает благодаря долгим самонаблюдениям, размышлениям о собственном существовании, честному анализу своих переживаний и откровенным отношениям с окружающими."

Различение развивается со временем, но определяет его, конечно, не только стаж занятий. Многие ученики и наставники, отдавшие всю жизнь духовному пути, до сих пор не в состоянии ясно видеть собственные недостатки, находить настоящих учителей — и даже разобраться, насколько они сами хороши в роли учителя! Для этого необходимо подвергать себя самым разнообразным испытаниям: во всей полноте пользоваться силой мышления, идти на риск, полагаться на ненадежные обстоятельства духовной жизни и жизни в целом. дар различения обретает лишь тот, кто упорно занимается самонаблюдением, подвергает все сомнению и безжалостно честен перед самим собой.

Здоровый скептицизм

Различение зарождается благодаря здоровому скептицизму по отношению не только к себе, но и к духовным учителям, мистическим переживаниям, собственным представлениям о подлинном смысле духовного пути и «движения» по нему.
"Серьезное внутреннее очищение захватывает эго. Оно создает вокруг эго оболочку, не дающую ему пресытиться духовными переживаниями."

И многих людей действительно можно отнести к категории «праведных, богобоязненных скептиков»: они критикуют все без исключения стороны духовного пути, грозящие каким-то риском, поскольку больше всего боятся гибели своего эго. Но существует другой скептицизм, нужный и вполне оправданный.
Трунгпа Ринпоче:
Следует поощрять постоянные сомнения. Нельзя не уделять внимания здравому смыслу— неотъемлемой грани потенциала любого ученика. Если бы ученикам запретили сомневаться, остались бы просто неисчислимые армии зомби.
Скептицизм особенно полезен для представителей Запада; им, вообще говоря, недостает разумного, критического подхода к духовности, и потому они становятся легкой добычей для собственного эго и лишены сколько-либо выраженных способностей к различению. Эндрю тщательно формулирует важность здорового скептицизма, четко разделяя скептицизм высший и низший:
"В буддизме различают два вида сомнений: глубокие и бессмысленные. Следует почаще задаваться вопросами: «Что такое вера?», «Что такое самоотверженность?». Высший скептицизм — это защита. Я тоже прибегал к нему, и мой скепсис исчезал, как солнце в утреннем тумане. Я наблюдал, как он пропадает, и это было здорово, ведь, если скептицизм был и потом исчез, ты понимаешь, что имеешь дело с чем-то таким, что сильнее тебя, а не просто пожелал чего-то мощного и сам это создал."
Если пристальное рассмотрение со скептической позиции доведено до конца и при этом удалось избежать ловушек страха и неверия, очевидное проявляется со всей несомненностью. В отсутствие скептицизма — особенно по отношению к самому себе — эго без труда обольщает нас своими соблазнами и уводят от ясного и честного взгляда на вещи.

Духовная садхана, создание матрицы и интеграция, наряду с усиливающейся способностью различать — вот факторы, позволяющие определить, как повлияют на личность мистические переживания и практики, укрепят они ее или ослабят.

_________________
Не важно, что написано. Важно, как понято.


Вернуться к началу
 Профиль  
 
СообщениеДобавлено: 14-06, 09:43 
Не в сети
Старейшина
Аватара пользователя

Зарегистрирован: 11-11, 18:06
Сообщения: 5384
Откуда: Москва
«НАСТОЯЩИЙ ОН УЧИТЕЛЬ ИЛИ НЕТ?»
Будду отделяет от демона лишь тонкий волосок.
Буддийское изречение


Духовному искателю, чистосердечно мечтающему об осуществлении своего высшего потенциала уже в этой жизни, поневоле приходится столкнуться с двумя важными вопросами: во-первых, намерен ли он искать духовного наставника и, во-вторых, как найти настоящего учителя в огромной толпе самозванцев, шарлатанов и вполне благонамеренных, но заблуждающихся учителей.
Под словами «настоящий учитель» понимается тот, кто в состоянии действенно способствовать высочайшему преображению личности. ... Но этими категориями ряды учителей не исчерпываются. Среди них есть наставники, исходящие из самых благих побуждений, но просто не готовые к учительствованию; есть учителя одаренные, но морально испорченные, а также все мыслимые промежуточные вариации.
Одновременно, впрочем, следует быть готовым к тому, что рядом с тобой — самый настоящий учитель, ведь перед ценностью такой находки бледнеет даже риск свернуть с пути под руководством лжеучителя и испытать позже глубочайшее разочарование.
настоящего учителя может найти только настоящий ученик, а стать таким учеником очень трудно. если человек не может найти настоящего учителя, он еще просто не готов к учебе.

Сложность вопроса

Тем не менее нас призывают всеми силами развивать дар различения, который и в самом деле настоятельно необходим при поисках истинного учителя. Задача эта, однако, осложняется двумя принципиальными затруднениями.
Первое из них описывает Уилбер в сборнике «Духовный выбор»: Человек, погруженный в обычное сознание, решительно не способен точно определить уровень подготовки любого наставника в области трансформации и высшего, пока сам не поднимется до равного им уровня. Эту дилемму невозможно решить никакими «объективными» критериями оценки.
Второй фактор, затрудняющий поиски настоящего учителя, заключается в том, что эго он вовсе не нужен — и точка. Для него настоящий учитель — самый страшный враг, прямая угроза, которая рано или поздно одержит победу. Эго, напротив, требуется колоритный лжеучитель.
Когда человек тянется к учителю искренне, каждой клеточкой своей души, о помощи молит не эго, а глубинная, извечная тоска по Абсолютной Реальности. Рано или поздно такой человек обязательно найдет своего учителя. Когда же он мечется от одного наставника к другому, причиной является обычно внутренний раскол между подлинным желанием найти настоящего учителя и попытками эго избавиться от этой мечты.

«Ученик ли я?»

Вопрос «Чего я вправе требовать от учителя?» неизбежно приводит к другому вопросу: « Чего учитель вправе требовать от меня?» Вопрос об учителе нельзя рассматривать в отрыве от вопроса об ученике. Сначала думай об ученике, а потом уже о гуру. Если ты еще не ученик, то как можешь надеяться найти гуру? К тому же нужно учесть и то, какой ты ученик, на какого гуру вправе рассчитывать и чего затем должен ожидать.

Отвращение к гуру и духовным авторитетам

Для того чтобы окончательно прояснить вопрос поиска учителя среди шарлатанов, следует разобраться в причинах современных тенденций питать отвращение ко всем без исключения учителям — того, что наше общество настроено против любых духовных авторитетов, а мы лично их просто побаиваемся.
Интересно, например, задаться вопросом о том, почему люди, не проявляющие никакого любопытства к духовной жизни, с нескрываемым удовольствием глумятся над всеми гуру и готовы разорвать на части любого, кто достиг — либо утверждает, будто достиг — более глубокого понимания истины, действительности и человеческой природы. Неужели сознание собственного невежества вселяет в нас такой страх и отвращение, что мы поневоле завидуем тем, кто претендует на знания, и нам неизменно становится лучше от попыток доказать, что они столь же неразумны, как и мы сами? Быть может, перспективы целостной, более правдивой жизни таят в себе угрозу потому, что нам просто не хочется расставаться с невежеством и мирным сном ради тягот духовной жизни? А может, единственные причины — иллюзия обособленности, страх смерти и тот факт, что духовный труд покушается на ложную иллюзию самостоятельности и независимости нашего эго? Что, если на самом деле мы пытаемся отрицать грядущую смерть эго и именно потому боремся с теми, кто старается избавить нас от заблуждений?
Презирать всех исключения духовных учителей по той причине, что на свете есть шарлатаны и неопытные преподаватели, столь же неразумно, как отказываться от денежного обращения из-за существования поддельных банкнот. Злоупотребление властью едва ли может быть причиной отвращения к любым авторитетам, в том числе полезным, законным и правомочным. Возможно, в нашу эпоху великие духовные учителя являются самым драгоценным достоянием человечества. Стирание важных различий между настоящими и фальшивыми учителями лишь усилит царящую в наше время сумятицу, задержит рост и преобразования, необходимые человечеству для выживания и процветания.

Выбор критериев

очевидным ограничением, затрудняющим применение любых критериев, служит тот факт, что обычному сознанию трудно оценивать того, кто по определению пребывает за рамками такого сознания. Представим для примера, что бейсбольного судью, в глаза не видевшего футбол, приглашают проводить матчи чемпионата мира.
Духовное мастерство выходит за пределы изощренности эго, а критерии, чаще всего применяемые для оценки духовных учителей, по самой своей природе чрезвычайно консервативны. Они разработаны для духовных искателей, которые надеются полностью избежать любой угрозы безнравственности со стороны учителя, предохранить себя от каких-либо социально недопустимых приемов, с чьей помощью учитель может попытаться противодействовать их эго. Однако подлинный духовный труд не бывает совершенно безопасным. Он, напротив, очень опасен, и потому никогда не сможет соответствовать стандартам обычного, линейного мышления.
Чарльз Тарт полагает, что даже если кому-то удастся сформулировать критерии просветленности, те совсем не обязательно окажутся пригодными для оценки уровня духовного учительствования.
многие уважаемые учителя не считают просветленность необходимым условием действенного преподавания, ... в-третьих, просветленная личность не всегда становится лучшим учителем.
Когда ... спросили, как ученику отыскать настоящего учителя, он ответил:
Прежде всего, его вообще не стоит искать, если нет всепоглощающего желания вступить на духовный путь.
Чогьям Трунгпа Ринпоче: Искать хорошего учителя — не коня выбирать. Все сводится к взаимоотношениям. Если тебе подходит стиль речи учителя, если он тебе по душе, если его слова вызывают особое состояние ума, а он понимает твой склад мышления, это вполне подходящий учитель. От учителя должно исходить ощущение ясности, какой-то тонкой связи с тобой. Типы мышления и общий стиль должны быть сходными.
Эндрю Коэн: Человек должен убедить тебя, что олицетворяет твои мечты. Тщательно все взвесив, ты можешь прийти к заключению, что в нем уже нет внутренней борьбы над нечистыми помыслами, то есть для него естественно руководствоваться только чистыми побуждениями.

«Настоящий учитель неизменно излучает любовь».
Рядом с настоящим учителем всегда ощущаешь его любовь. Он очень много дает, он служит всем вокруг. Его окружает сияние. Чувствуете эту любовь, это сострадание? Ее излучают все настоящие учителя. Это можно назвать «неотъемлемой добротой».
Нужно ли быть просветленным, чтобы учить?
Многие полагают, будто основное требование к великому духовному учителю — просветленность, но педагогические способности измерялись отнюдь не глубиной «просветления»:
Для того чтобы помочь людям на пути, совсем не обязательно самому быть просветленным. Нужно кое-что иное: достаточно долго заниматься и учиться. Нужно быть взрослым, иметь большой опыт практики и теоретические знания, быть преданным делу.
Когда Чарльза Тарта спросили, нужно ли достичь просветления, чтобы учить других, он ответил: «Надеюсь, нет, потому что просветление — штука редкая, а учителей нужно много. Мне хотелось бы, чтобы в достатке было даже частично просветленных наставников. Я убежден, что они очень нужны».

Итак, чтобы учить, не обязательно быть просветленным. Верно и обратное: просветленный не обязан учить. «Когда сам еще не достиг просветления, учишь тому, что знаешь, — вот и все. И если делаешь это искренне и честно, то можешь быть таким же достоверным источником, как и другие учителя».
Можно ли чему-то научиться у лжеучителя?
Вопрос о связи просветленности и преподавания имеет и обратную сторону: может ли настоящий ученик получить пользу от обучения у лжеучителя? Вообще говоря, на него следует дать утвердительный ответ. «Если хочешь научиться играть на пианино, не обязательно учиться у Рахманинова. Можно найти другого одаренного пианиста. Этого тоже вполне достаточно».
... Благодаря чистоте намерений она довольно скоро нашла других наставников, которые смогли принести ей истинную пользу.
Настоящий ученик в состоянии многому научиться даже у лжеучителя, но можно утверждать и другое: потребности ученика делают учителя сильнее: если ты — способный ученик слабого наставника, останься с ним, чтобы он стал сильнее. Та же мысль прослеживается в известной индийской притче об учителе, который прогнал своего ученика. Ученик нашел в лесу камень, сделал из него жертвенник и поклонялся камню как своему учителю, пока не достиг освобождения. Настоящий ученик сумеет воспользоваться любыми обстоятельствами, потому что чистота помыслов непременно укажет ему верный путь.

Доверьтесь себе

Все настоящие учителя говорят, что ученик должен доверять себе; у него просто нет иного выбора. В целом, непросветленный не в силах оценивать чужую просветленность — но это все-таки приходится делать. Нельзя дать непогрешимую оценку, но чистота собственных намерений и честный самоанализ могут сделать догадку достаточно вероятной. Окончательной формулы, точной меры действительно не существует. На каждой развилке пути нас подкарауливают коварные ловушки. Однако в конечном счете любой из нас вправе рискнуть.

_________________
Не важно, что написано. Важно, как понято.


Вернуться к началу
 Профиль  
 
СообщениеДобавлено: 06-07, 01:18 
Не в сети
Старейшина
Аватара пользователя

Зарегистрирован: 11-11, 18:06
Сообщения: 5384
Откуда: Москва
ЧАСТЬ ПЯТАЯ
КРУШЕНИЕ ИЛЛЮЗИЙ, СМИРЕНИЕ И НАЧАЛО ДУХОВНОЙ ЖИЗНИ

«Мы тянемся к тому, что полагаем духовным, слишком часто упуская из виду подлинно Реальное. Настоящие таинства жизни разворачиваются столь неприметно, с таким простым и уверенным изяществом, с таким честным приятием нашего воспитания, взросления, смерти и беспокойства мира, что лишенный воображения естественный человек, всей душей тоскующий по чудесному, редко испытывает потрясение от этих повседневных и лучезарных проявлений бесконечной мудрости и любви. Однако откровения эти низвергаются на нас нескончаемо, просто жесткий покров поверхностного сознания отгораживает его от обычного зрения. » Эвелин Андерхилл
Подлинно духовная жизнь — тайна, известная лишь немногим. Она мало соответствует нашим представлениям о духовности, мечтам о просветлении, надеждам на спасение. Свобода — это освобождение от иллюзий, а не горестей, страданий и человечности. По-настоящему духовная жизнь обещает исчезновение любых заблуждений и ошибочных мнений о том, что есть; это разоблачение истины, а просветление становится лишь его началом. В заключительной части книги мы рассмотрим духовную садхану как крушение иллюзий и убедимся, что в основе истинной духовной жизни лежит стремление стать по-настоящему целостным человеком.

КРУШЕНИЕ ИЛЛЮЗИЙ

«Нельзя слишком долго жить в мире Бога, ведь там нет ни ресторанов, ни туалетов.»
Садзаки-роси

«В молодости я, как и всякий, мечтал о самадхи. Позже я понял, что самое важное — не взмыть как можно выше, а не опуститься слишком низко. Я перестал мечтать о возвышенных состояниях сознания и просто хотел не очень сильно погружаться в худшие внутренние состояния».
«Прежде всего, нужно поверить свой собственный путь и бороться, идя по нему. Вы будете умирать воскресать, биться и терпеть поражения.»
Избавление от иллюзий — это воспитание скромности; человек понимает, что духовная жизнь совсем не такова, какой казалась вначале, а просветление — не то, что под ним принято понимать. Он сознает, что достижения его не так велики, как казалось, да и сам он — совсем не тот, кем себя считал. Крушение иллюзий — процесс не «вредный» и не «дурной»; это естественная и неизбежная сторона разрушения оплота эго.
С определенной точки зрения, вся духовная жизнь представляет собой поступательное крушение иллюзий, и каждый лопнувший пузырек эго, каждое отброшенное заблуждение о природе просветленности, каждая выявленная претензия на просветленность — очередной шаг в этом процессе. Вообще говоря, любое соображение, которыми делятся в этой книге духовные учителя, можно назвать обрывочным описанием последствий крушения иллюзий. Тот, кто бесконечно часто лишался иллюзий на духовном пути, может считать себя счастливчиком, поскольку иначе он оставался бы узником нереального, жил бы и умер в тисках той самой иллюзии, которая наложила заклятье на весь спящий мир.

Садхана крушения иллюзий — процесс неуклонного постижения того, что все не такое, каковым кажется. Это само по себе уже духовная практика. Все великие святые и учителя уходили вперед именно путем избавления от иллюзий. Говоря о нем, Рей Бредбери отмечает: «Первое, что понимаешь в этой жизни: ты — глупец. Последнее, что узнаешь: ты все такой же глупец. Иногда мне кажется, будто я все понял, но скоро я опять прихожу в себя»

Настоящей духовной жизнью живут лишь редкие люди. Многие искатели истины полны искренности и честности, но то, чего требуют столкновения с собственным эго, часто превышает возможности и желания большинства. Лишение иллюзий — не тот род садханы, которой занимаются с обычной готовностью, кроме тех случаев, когда к ней подталкивает необычайная сила внутренней убежденности. Однако те, кто не избавлялись от иллюзий, никогда не ощутят вкуса этой свободы, поскольку тяга к Реальности, Истине и Богу означает желание лишиться иллюзий — иного пути нет.
«...Мы так и не смогли найти ни одного конкретного примера улучшений, но заканчивали словами: «И все равно мне кажется, что я прошел большой путь». Мы единодушно признавали, что развитие есть, но не могли назвать чего-то определенного. Ощущение движения вперед опиралось, прежде всего, на сознание того, сколько оставлено позади.»

Срывая маски

Духовное развитие — это в буквальном смысле сдирание пластов фальши и иллюзий, которые покрывают, искажают и прячут от глаз глубинное понимание. Истина и Бог — не где-то извне, а внутри нас, под покровами заблуждений. В этом саморазоблачении заключается горькая сладость реалий духовной жизни — она нередко мучительна и болезненна, но, как говорит Трунгпа Ринпоче, «это путь».
Что же сдирается? Пышные одеяния эго: гордость, тщеславие, самообман, путаница в мыслях.
Хотя срывается и отбрасывается та самая ложь и фальшь, в которой коренятся наши страдания, этому процессу сопротивляются даже самые искренние духовные искатели.
эго не желает терять независимость:
«Большинство людей сторонятся духовной работы, так как избегают медленного процесса унижения. Это очень неприятно, ужасно мучительно. Мучения духовного пути объясняются тем, что эго теряет веру в свою самостоятельность, в свое главенствующее положение, в само свое существование.»
Боль ощущается при разрыве и обнажении вызывающих иллюзию защиты слоев эго — пластов, которые оберегали душу на протяжении многих жизней и, естественно, легко не сдаются. В своей книге «Преодоление духовного материализма» Трунгпа Ринпоче говорит, что на духовном пути нужно быть готовым к полному разоблачению:
«Вступая на духовный путь, следует знать, что он приносит боль, и быть готовым к этому. Ты добровольно идешь на муки самообнажения, срывания всех покровов, оголения кожи, нервов, сердца, мозга — пока не встанешь перед миром в полной наготе. Ничего на тебе не останется.»

Эго нужно стереть в порошок. Для того чтобы процесс трансформации проник в глубины физического тела и тонких тел, в саму душу, броня эго, оберегавшая прежде от всего угрожающего, должна пойти трещинами, иначе ученик останется «непригодным для обработки» куском гранита, тогда как ему следует стать податливой глиной в искусных руках духовного учителя.
Учитывая все, что сопутствует обнажению, не удивительно, что это путает даже ревностных духовных учеников, хотя они и сознают его неминуемость. Однако результат, «безусловно, того стоит».
«Стоит ли вековечная цель единения с Богом — а мы вправе назвать его окончательным избавлением от иллюзии обособленности — полного отказа, забвения всего, что сейчас знаешь, чувствуешь, думаешь и предполагаешь? Да — и не просто «да», а «конечно да!». А какой есть выбор? »
«Вопрос остается прежним: Эго или Бог?»

Путь страдания

Санскритское слово саха означает «терпеть, выносить; безропотно сносить тяготы». Крушение иллюзий проходит подчас очень болезненно. Подлинная духовная жизнь никогда не была и едва ли когда-то станет достаточно привлекательной, так как большая часть людей не испытывает желания переносить неизбежную боль.
«Тебе больно — это лопается скорлупа, окутывающая знание».
Вполне понятно, что муки — естественный аспект духовного процесса, а умышленное погружение в страдания — путь к глубокому постижению действительности, и потому боли порой даже добиваются.
Невозможно говорить о полноте духовной жизни, если человек не научился мириться с болью. Жизнь так или иначе полна мучений. От боли можно на время отвлечься, можно заглушить ее либо стоически выносить, но избавиться от нее нельзя. Есть боль «невротических терзаний» — так мы обычно мыслим о страданиях, — и боль «страданий Божьих», боль за все человечество. Это очень разные формы страдания, но обе, тем не менее, остаются страданием. Однако невротические терзания замечают только себя, а страдания за Бога, муки Просветления — боль всего рода человеческого.

Путь ошибок

Те, кого мы действительно вправе называть «пробужденными», прекрасно знают, что ошибки неизбежны, а высшие цели почти недостижимы. Ошибки — неизбежная сторона духовной жизни. Все великие искатели учились путем проб и ошибок — но последних было, пожалуй, больше. Мудрости приходится добиваться потом, кровью и слезами. К ней нужно страстно тянуться, давая себе право допускать ошибки, принимать неверные решения, находить неподходящих учителей — и делать все это многократно, снова и снова, пока не научишься наконец тому, чему хочешь научиться.
Есть прекрасная старая история об ученике, который пришел к раввину и спросил: «В прежние времена бывали люди, лицезревшие Бога. Почему их нет теперь?» «Потому что сегодня никто не способен склониться так низко»,— ответил раввин.
Карл Юнг

Когда человек признает собственные ошибки и обращает полученные уроки на пользу духовной работе, неудачи не превращаются в проблемы; самые серьезные ошибки идут впрок, если чему-то учат.
«От некоторых дурных качеств мы очищаемся, доводя их до крайности, позволяя разрастаться и показывая себе самим всю степень нашего безумия. Так мудреешь намного быстрее. Обычно собственное безумие сознаешь лишь в той мере, в какой готов дать ему выход. Как ни парадоксально, чтобы исправить свои ошибки, их приходится допускать. Чтобы найти верный путь, нужно сбиться с пути.»
«Быть может, это звучит резко, но точно так же как не всякий желудь вырастает в дуб, не всякий человек в некий определенный период времени достигает просветления. Достичь его могут только те, кому действительно выпало нужное сочетание обстоятельств, опыта и характера.»

Ничто так не способствует пробуждению, как глупейшая, идиотская ошибка, одним ударом вышибающая из иллюзорного мира. «Неудачи — один из простейших путей избавления от стремления эго разбухнуть, что нередко случается после духовных переживаний». У всего есть и высшая цель, и потому на любые ошибки можно взглянуть по-новому, видя в полезные уроки.

Сила противодействия

Очередным крушением иллюзий, с которым сталкиваются многие духовные искатели и учителя, становится выявление в себе силы противодействия. В каждой серьезной духовной традиции есть свои понятия, символы или божества, олицетворяющие эту силу: богиня Кали в индуизме, Мара в буддизме (тот самый бог, который пытался соблазнить Будду и помешать ему достичь просветления). Во многих коренных культурах есть персонаж, символизирующий духовное противостояние.
«Необходимо сознавать, какие силы тебе противостоят. Одна из мощнейших погружает в сон; я предпочитаю называть ее «чудовищной ложью». Она вызывает потребность в эго и во всем, что с ним связано. Но это лишь часть общей картины. Есть совершенно реальная сила, которой хочется покончить с самой затеей пробуждения, а взамен навязать искаженное, лживое восприятие. Противодействующая сила существует всегда, просто большинство людей не доходят до этого уровня бытия, где разыгрываются самые жестокие игры. Нет ничего необычного в том, что все мы пытаемся избежать ее — так легче жить. Я думаю, большая часть людей, приходящих к изуродованным формам «просветленности», будут настаивать на том, что подобной силы вообще нет. »
Многие действительно не желают признавать, что им мешают некие силы. Если признать их существование, придется сделать и следующий шаг, то есть избавиться от множества заблуждений в отношении духовной жизни и сохранившихся фантазий о вечном рае.
«Возможно, мы вправе говорить, что всюду, где действуют большие духовные силы, возникает и мощное сопротивление. Просветленные адепты человечества олицетворяют принцип, противоречащий привычному образу жизни. Само их существование представляет угрозу для обычного человека, у которого нет времени на духовные вопросы и духовное обучение, зато есть время на укрепление эгоистической независимости. Не следует, однако, скрывать, что сопротивление — подчас очень сильное — свойственно даже искренним ученикам. Эго-личность по привычке противится любым изменениям. И все же ученик самоотверженно высвобождает энергию, замороженную таким сопротивлением, а затем находит ей лучшее применение.»
«На то, чтобы душа исполнилась Бога, нужно время.»
Бхай Сахиб

на уровне личности противодействующей силой является само эго. Воплощенное в конкретном характере, «сшитое на заказ» эго, которое пытается отрицать возможность просветления индивидуальными, наиболее пригодными для личности способами, — это, по существу, Единое, Безличное Эго. В каждом человеке оно проявляется по-своему, но представляет собой, тем не менее, коллективную силу сопротивления, полную противоположность пробуждению, которая всегда и всюду сражается со своим врагом — просветлением. Вопрос о том, почему такая сила существует, — достойная тема размышлений для любого серьезного духовного искателя. Сила эта, хотя и может показаться злобной, в то же время вполне закономерна. Некоторые народы называют все факторы, мешающие пробуждению, «врагами». Но сила противодействия не только естественна, но и необходима, так как обеспечивает равновесие мира. К равновесию стремится все, в том числе и Вселенная:
«Силой противодействия мы называем одну из естественных сил мира, всего сущего. Меняясь, сущее постоянно пребывает во внутренней гармонии: сколько хорошего, столько и плохого. Если плохого становится слишком много, приходит Аватар, а потом, если все вдруг вспоминают истину, является дьявол. Это нормальное положение вещей, в нем нет ничего неестественного.»
Лорд Пентлэнд, образцовый последователь Гурджиева, настоятельно советует искателям не жалеть усилий и понять природу силы противодействия:
«однажды увидев, нужно увидеть большее.»
«Однажды проснувшись, нужно проснуться еще раз. Старайтесь понять своего врага. Приложите усилия, но не вступайте в борьбу, а узнайте, из чего он слеплен, — не сопротивляясь, вглядитесь в его лживость. Попытайтесь понять, в какие минуты спите особенно крепко. Посмотрите в лицо этому насквозь фальшивому человеку, не стараясь обратить его в бегство или выявить, откуда он пришел. Вместо этого посмотрите, из чего он слеплен, какую ложь говорит, в чем его неискренность... »

_________________
Не важно, что написано. Важно, как понято.


Вернуться к началу
 Профиль  
 
СообщениеДобавлено: 10-07, 06:17 
Не в сети
Старейшина
Аватара пользователя

Зарегистрирован: 11-11, 18:06
Сообщения: 5384
Откуда: Москва
Поскольку сила противодействия естественна и проявляется всегда как законная сторона жизни Вселенной, попытки направить свою энергию и внимание на ее полное уничтожение совершенно бессмысленны. Однако в этих обстоятельствах исторического развития сон и неведение более чем явственно представляют свою сторону всеобщего равновесия, так что каждый из нас вправе занять противоположную сторону — сторону просветления.

Рассказы о крушении иллюзий

Самые воодушевляющие рассказы духовных учителей и искателей — не сказки о величественных экстазах и фейерверках, красочных видениях и божественных откровениях, а скупые отчеты о душевных надломах, разочарованиях и постепенном накоплении мудрости путем проб и частых ошибок. И дело не только в том, что простым смертным легче проникнуться кажущимися неудачами путешественников по духовному пути, чем свидетельствами вечного покоя и блаженства. Просто эти рассказы перекликаются с истинами жизни, которые каждый в глубине души уже чувствует. Эти повествования говорят правду о том, в чем никогда не признаются миссионеры просветления: что духовный путь никогда не приведет к той форме «просветленности», каким его воображает эго, что оглушающие мистические переживания — вовсе не конец пути и даже не его начало — и что настоящий духовный путь приближает к человечности, а не выводит за границы человеческого.
«Пожертвовать просветлением ради просветления»
«Мы никогда не отдаем себе отчета в том, что жертвой, требуемой для освобождения, может оказаться само освобождение. »
« В детстве я страдал от кажущегося недостатка внимания со стороны матери, ведь все смертные недовольны отношениями с кем-то из родителей. По этой причине мне очень хотелось когда-то быть особенным, чтобы меня любили, чтили и уважали — и я сам смог бы высоко ценить себя благодаря чужому вниманию. Я полагал, что духовно созрел и давно расстался с мечтами о собственной исключительности. Я и в самом деле отбросил прежний образ жизни, но возвышенное состояние восторга, разумеется, пробудило былое желание, которое искало новые способы самовыражения.»
«Я чувствовал себя так, будто не сделал ни единого шага вперед на духовном пути. Я пал ниже, чем был в самом начале. Мне и прежде доводилось пребывать в подавленности, но я даже не представлял, какой глубокой может быть депрессия, вызванная соприкосновением с этой чудовищной гранью самого себя. Порой я чувствовал себя полным дураком, идиотом от рождения, и это становилось причиной ужасных приступов стыда.»
««Темная ночь» оказалась полной противоположностью прежнему ощущению собственной мудрости, и я полагаю, что переход в это состояние был настоящей Милостью. Очень важно время от времени чувствовать себя идиотом — эго в чистом виде, полным глупцом, не способным никому ничего дать. Как следует ощутив все это, ты никогда уже не станешь обманывать себя.
Свет переживаний можно направить так, чтобы лучше разглядеть собственную тьму. Переживания утрачиваются лишь в том смысле, что ты вбираешь их в себя. Полученный свет смешивается с твоим мраком — и нет уже света, но нет и темноты. Ты преображаешься.»
«Я был исполнен воодушевления и хотел прервать отпуск в раю. Я готов был пожертвовать всем, чего добился, принести в жертву все, чтобы обрести нечто настоящее. Я готов был нырнуть в пустоту, прыгнуть в бездну — пусть будет как будет, а я приму все, что случится. Я не берег свое просветление и готов был пожертвовать им ради еще большего просветления. Думаю, подобные решения принимаются, когда развиваешь определенную ясность, интуицию и стремление не довольствоваться малым.»
«По мере вашего продвижения в Работе, ваша основная слабость не исчезает, а лишь укрепляется. Это песчинка в устричной раковине, вокруг которой растет жемчужина. »
Рам Дасс: «Десять лет спустя».
Десять лет назад я гордился своей исключительностью. Я был тем, кого нынче сам называю «липовым святым». Я всеми силами старался держать марку — и перед другими, и перед самим собой. Все грани своей души, которые не вписывались в эту роль, я сгреб под ковер, чтобы стать именно таким, каким меня хотели видеть. Впрочем, я и сам себе таким нравился. Мне нравилось быть Рам Дассом.
«Если благодаря тому, что вы делаете, вы становитесь добрей разумней, сострадательней, думаю, вы делаете то, что нужно. »
Чарльз Тарт
Рам Дасс: «Теорию я выстроил такую: если садхана достаточно крепка, если много и глубоко медитировать, если всей душой предаваться религиозным практикам, все дурное пропадет само собой. Но оно не исчезало, и мне потребовались долгие годы, чтобы понять, какой урок это в себе таит.»
«Если вы просто испытываете нечто необычное, какие-то непривычные ощущения, — особенно, если вы чувствуете себя лучше других — думаю, это опасная штука.
Чарльз Тарт
Рам Дасс: «Но я вновь и вновь возвращался с небес, а внизу бранил себя последними словами. Быть человеком означало почему-то быть далеким от совершенства. Совершенным было все вокруг, кроме меня самого. Проблема сводилась вот к чему: я старался окунуться в космическую любовь, не решая своих эмоциональных затруднений, потому что эмоции казались мне чем-то слишком человеческим. Я отторгал собственную человечность, чтобы слиться с Божественным. Я начал понимать, что свобода кроется в созидательном столкновении противоположного: способности одновременно созерцать совершенное и испытывать боль, понимать, что ничего делать не надо, и все же изо всех сил пытаться найти избавление от страданий, видеть, что все вокруг — сон, но жить так, словно это нечто настоящее. Знаете, Будду изображают иногда улыбающимся одними краешками губ; этот канонический образ называется «улыбкой невыносимого сострадания». Именно так смотришь порой на поразительную красоту всего сущего. Вынести ее можно, не умерщвляя себя, а постоянно подыскивая состояние равновесия.
Десять лет назад я, бывало, размышлял о том, скоро ли достигну просветления. Сейчас я стал терпеливее. Это не отчаяние, просто терпение, но корни его — в крушении надежд. Моя тяга к цели становилась преградой на пути. Я уже не стараюсь кого-то из себя изображать. Я не могу бояться собственной непоследовательности, если намерен прислушиваться к истине и открыто оставаться таким же, как все. Теперь я прислушиваюсь и веду себя, как подсказывает интуиция. Ни один свод правил не станет исчерпывающим, какой бы красочной ни была его обложка, какие бы именитые авторы его ни составили. »

_________________
Не важно, что написано. Важно, как понято.


Вернуться к началу
 Профиль  
 
СообщениеДобавлено: 20-07, 01:14 
Не в сети
Старейшина
Аватара пользователя

Зарегистрирован: 11-11, 18:06
Сообщения: 5384
Откуда: Москва
«Трезвое, приземленное отношение к просветленности»


"...В то время меня это очень смущало. Я ничего не понимал. Если он просветленный, то какой может быть разговор о возвращающихся механизмах? Я полагал, что он от них полностью освободился. И что значат слова о том, что его настоящая практика началась уже после открытия первого ашрама? Он ведь уже был просветленным гуру! Все это меня очень беспокоило, но чем больше я учился, чем больше говорил с ним, тем яснее сознавал, что его отношение очень правдиво и очень важно. Он действительно испытал «смещение контекста», но оно стало сухим остатком многолетних усилий, усердной садханы под руководством одного гуру, долгих поисков и постижения истин о самом себе."
«Цель занятий не в том, чтобы человек достиг способности обрести состояние гармонии и мира, когда его больше ничего не будет тревожить. » Карлфрид фон Дюркхайм
"...Кроме того, со временем я заметил, что когда его расспрашивали о просветлении, он говорил только: «Минуточку! Мои достижения не идут ни в какое сравнение со свершениями Раманы Махариши» либо: «После этого тоже есть чем заняться». Он совсем недавно сказал мне: «К счастью, жена и сын со мной не церемонятся» Еще он признался как-то, что с ним приключилась одна неприятность и он понял, что это чудесная возможность углубить практику. Это было так трогательно, что я подумал: «Он даже не задумывается о том, что практика ему уже не нужна». Он действительно хватался за любую возможность и в то же время трезво сознавал, что не относится к лжеучителям и не занимается тем, что сам называл «незаконным распространением мудрости». Его трезвый подход очень многому меня научил."
С какой стороны ни глянь, путь этот очень долог и труден. Когда утверждают, что все дается легко, без усилий, мгновенно, речь явно идет о совсем ином «просветлении». Моментальные сатори и дикие экстазы можно купить на блошином рынке, но Реальное никогда не дается дешево, быстро и просто. Садхана крушения иллюзий — это постижение того, что легкого пути «первым классом» нет. Есть только труд: усердная практика, молитвы, служение, смирение, самоотверженность и крушение надежд. Иначе и быть не может.
Каждый великий учитель и ученик могут поведать свою историю крушения надежд. Смирение и свобода от иллюзий не даются от рождения. То самое эго, которое нередко завлекает человека на духовный путь, начинает впоследствии, когда человек утверждается на пути, покоряться чему-то высшему. Истина, к которой некогда якобы тянулось эго, начинает перемалывать личность, сдирать с нее маски, возвращать к полнокровному восприятию Действительности с тем, чтобы направить все силы на служение. В заключительной главе речь пойдет о том, что и Просветление — еще не конец пути. Это лишь начало дороги, которой нет конца. Духовная жизнь предлагает возможности, очень отличающиеся от представлений эго о просветленности и превышающие их по размаху. Она открывает врата жизни простой, естественной и по-настоящему человечной.

ПРОСВЕТЛЕНИЕ — ТОЛЬКО НАЧАЛО

"О проблесках просветления можно говорить, когда обычное становится необычным и наоборот."
«После того как взобрался на сотню футов вверх, оттуда предстоит спрыгнуть. Это неизбежный следующий шаг», — утверждает Якусё Квонг-роси в классическом стиле дзэн. Просветление, которое считается вершиной духовной жизни, вполне может оказаться ее началом. Все зависит, конечно, от того, как человек определяет само просветление. Древние учителя понимали просветленность настолько широко, что включали в это явление его зрелое выражение во всех мелочах жизни, полную открытость непрестанному расширению и углублению просветления, тогда как в наше время просветленность, за редчайшими исключениями, понимается как выход за рамки двойственного восприятия, переход к недвойственному состоянию вне эго.
Трунгпа Ринпоче однажды спросили:
"— Что происходит после того, как становишься полностью просветленным Буддой?
- Это только начало, — ответил Трунгпа.
- Начало чего?
- Духовного пути."

«У людей слишком раздутое эго, — отмечает Квонг-роси. — Они считают, что малейший проблеск пустоты, самое первое прозрение — это уже конец пути. И потому цепляются за подобные переживания и полагают, будто их достаточно, чтобы учить других. Даже не подозревая о том, что это только начало, они убеждают себя, будто ко всему готовы и им нечего больше познавать».
Нет необходимости гадать, тождествен ли некий человек Будде, если это настоящий Будда. Истинно просветленный Будда выказывает свою буддовость в повседневной жизни. »

Многие почтенные учителя единодушно признают, что нельзя говорить даже о начале духовной работы, пока человек не испытает глубочайшее смещение контекста, мощное и устойчивое осознание недвойственности. Многие духовные школы определяют просветленность как проникновение за рамки иллюзии двойственности, но людей, добившихся этого, не следует считать просветленными: «Я бы сказал, что они прикоснулись к азам просветления, и до тех пор, пока оно не станет зрелым, его нельзя считать настоящим».

Просветление можно назвать «детским садом» подлинной духовной работы:
«Нельзя всю жизнь твердить: «Да, я добился смещения контекста», либо — еще изощреннее: «"Оно" добилось, потому что "я" исчез». Нужно жить и работать, нужно показать, к чему привели эти перемены. »
Первые этапы развития отмечаются великими прозрениями и экстатическими переживаниями; они приносят радость и ощущение собственного величия тем аспектам эго, которые остаются разобщенными, — и, кроме того, восторженным поклонникам. Однако переход от ранних стадий к тому, что называют «объединяющим» состоянием, может оказаться уже не таким молниеносным и приятным. важно проводить различие между «состоянием кокона» — теми переживаниями и озарениями, что приходят при первых проблесках просветления, — и зрелым «состоянием бабочки», когда эти переживания становятся неотъемлемой частью самой жизни.
«С точки зрения буддиста просветление — это не просто момент: пробуждения, когда сознание становится глубоко расслабленным, ясным, зеркальным, светлым и все-, объемлющим. Это что-то вроде того, чтобы увидеть дхармакаю [Высшую Реальность] в этом самом мире. »
нужно прислушиваться к житейским рассказам взрослой бабочки о том, что бывает после величественного появления из кокона.
«Если, едва появившись из кокона, мы принимаемся записывать свои преображающие переживания, публиковать их и распространять добрую весть, то лишь вызываем у себя преждевременный восторг, основанный на новизне состояния...
Давайте лучше послушаем тех, кто провел в этом состоянии уже полсотни лет; быть может, они расскажут другую историю — историю того, «что бывает потом». Нам необходимо узнать об этом, нужно послушать рассказы про обычную жизнь взрослой бабочки.»
«До тех пор, пока бабочка не поживет в обычном мире, она может рассказывать только о том, как стала бабочкой, а не о том, в чем заключается жизнь бабочки. Вообще говоря, сведения о жизни бабочки остаются неполными до самой ее смерти». Подчас путь обрывается на том месте, где бабочка появляется на свет, но другие пути показывают, что и этот знаменательный этап — просто веха, отмечающая начало пути.

Бесконечно высоко

«Работа эта долгая, непрерывная и не имеющая конца, Говорят, что даже Будда — это лишь половина пути.»
«Кэнсё—это момент пробуждения, но дхармакая [Высшая Реальность] находится в этом самом мире. Человек не может жить повседневной жизнью в параллельном мире, хронически пребывая в состоянии момента пробуждения. »

Будда сейчас занимается практикой на небесах та-сида». Просветление — только начало, а развитию, росту, просветленности нет и не будет конца. Для обычного духовного искателя такая мысль может послужить объектом отрезвляющего и, не исключено, обескураживающего созерцания. «Разумеется, но бесконечное развитие после просветления приносит все больше счастья», — твердит простодушный, мечтательный ученик. Возможно, так и есть, но те, кто прошел дальше других, говорят, что работа всегда остается тяжелой и довольно обыденной, а испытаний не становится меньше. Конечно, чем выше уровень, тем лучше подготовлен человек к преодолению этих преград, но требования к нему возрастают по мере повышения способностей.
Безусловно, со временем происходит смещение контекста, отход от первичного «просветления», который необратимо меняет взгляды человека. Не стоит только считать это смещение завершением пути. Догэн сказал: «Нет начала у практики и конца у просветления; нет начала у просветления и конца у практики». Просветление не может иметь конца, поскольку очищение длится вечно — так уж все устроено.
Квонг-роси сравнивает процесс просветления с движением по извечно расширяющемуся кругу, когда ты неизменно возвращаешься к самому себе:
Просветление — это замкнутый круг: прозрение, возвращение к иллюзиям, снова прозрение и новые заблуждения. Мы прозреваем благодаря иллюзиям, а затем просветленность опять вводит нас в заблуждение, после чего наступает очередное озарение. Нет ни начала, ни конца. И адепт, и настоящий искатель все время идут вперед.
Комментируя «Брахма-видью», свод знаний о Брахме, суфийский учитель Бхай Саиб говорил: «Тысячелетий мало, нужна вечность... Вот что люблю я в духовной жизни: ты всегда у самых начал. Нельзя сказать: "Я достиг" и насладиться покоем. Горизонт становится все шире, сознание разрастается бесконечно».

«Если просветление подлинно, оно освобождает даже от стремления к просветлению, поэтому нам необходимо возвращаться к, жизни в мире обычных людей. »
Кое-кому бесконечность пути кажется слишком трудной для понимания, слишком необозримой. Но многие этому только рады. «Бесконечная высь» означает, что усталому путнику не суждено отдохнуть, но в то же время ничто его не сдерживает, нигде не пролегает граница просветленности.
Квонг-роси отмечает: «Пока у нас есть тело и разум, тянется и просветление. Отдыхать некогда». Жизнь продолжается, а с ней продолжается и труд просветленного. Просветлению нет конца, так как погружение и слияние с Богом, или Действительностью, поистине беспредельно.

Просветленная двойственность

Просветленная двойственность — повторное проникновение в этот мир после восприятия недвойственности, когда человек продолжает жить на основе своего прозрения. Личность, пребывающая в просветленной двойственности, уже постигла недвойственность, а затем, сберегая эти знания, по собственной воле спустилась назад, в царство двойственности, и принесла с собой просветленный взгляд.
Используемые в дзэн картинки из пастушеской жизни — прекрасная иллюстрация подобного проявления зрелой просветленности. Каждая из десяти картинок обрамлена кругом, олицетворяющим одну из стадий «укрощения» необузданного ума в облике быка. На ряде последовательных картинок пастух ловит быка и даже сливается с ним, что символизирует пустой круг. Но на этом ряд картин не заканчивается. На последней человек ведет быка на рынок, что подразумевает необходимость вернуться со своими прозрениями в обычную жизнь.
«Когда человек достигает высшей зрелости, его следующая задача — вовсе не умереть, — Отныне он должен во всей полноте вести обычное человеческое существование».
Живущий с точки зрения просветленной двойственности может исполнять формальные функции наставника, может этого не делать, но, независимо от выбора, внимание его приковано к жизни здесь и сейчас, к безусловной важности мелочей.
Учитель сказал: «Ты ступил на путь, но ты не просветлен по-настоящему. Шагни с верхушки стофутового столба, и десять тысяч вещей станут твоим телом». Дзэн-буддийская притча
Вот в чем смысл: жить просветлением здесь и сейчас. Люди склонны думать, что просветление существует где-то там, вне боли и страдания, радостей и преходящих житейских событий. Но «там» его нет. Да, многим хотелось бы навек задержаться в экстатических состояниях, но они неестественны. Кайя-садхана — садхана тела, а тело насыщается человеческими взаимоотношениями, которые впитываются всеми его органами чувств.

Эндрю Коэн: «Никакие духовные переживания, чувства и прозрения не освобождают от бремени действительности — жизни, какова она есть на самом деле» [20]. Задача просветленной двойственности — сделать частью себя и воплотить на практике самые глубокие свои озарения и доподлинные чувства, то есть жить с полным вниманием к разворачивающейся вокруг нас жизни, быть ее частью.

_________________
Не важно, что написано. Важно, как понято.


Вернуться к началу
 Профиль  
 
СообщениеДобавлено: 29-07, 13:52 
Не в сети
Старейшина
Аватара пользователя

Зарегистрирован: 11-11, 18:06
Сообщения: 5384
Откуда: Москва
Практика как просветление

«Практика — это форма просветления. Это желание жить как Будда».
"До тех пор, пока человек не сможет вернуться в феноменальный мир и прочувствовать его с высоты этого вместилища вечной безмятежности, этого нерожденного и неумирающего места, пока он не сможет жить сообразно такому пониманию, он не достиг просветления.»
Восприятие практики как процесса просветления — довольно необычный взгляд на садхану. Разумеется, сама по себе практика еще не делает человека просветленным, но безупречная в своей отточенности, осознанности и твердости практика — одно из проявлений просветленности.
«Мне все равно, насколько просветленны мои ученики. Быть просветленным — хорошо, но это всего лишь просветление. У нас принято считать, что сама практика и есть просветление. Просветленность не ощущается сама по себе, ее переживают только в практике, а практика — это живое восприятие просветленности. Если усердно занимаешься практикой, просветление уже рядом.»
«Не следует исполнять обязанности в надежде на награду или благодарность. Труд — сам по себе вознаграждение совести. Человек получает награду от самого Труда, того мгновения, когда он действует. Для человечества твои усилия — ничто. Вообще говоря, никто тебе не поможет, а люди скорее попытаются погубить тебя и твои труды, так как они невежественны и испуганы... Преданность, усилия и постоянные жертвы во имя всеобщего блага не вознаграждаются ни на земле, ни на Небесах.»
«Путь есть цель. Некоторые из-за своей кармы пребывают на более грубом, косном уровне, но по пути идут все. »

Просветление должно, таким образом, стать сознательным самовыражением в сиюминутной деятельности, то есть практике.
Интересно отметить, что даже общепризнанные «учителя» занимаются практикой всю свою жизнь. Их практика, разумеется, может отличаться от практики учеников, но жизнь, тем не менее, остается нескончаемой чередой практических действий. И даже в том случае, когда учитель пребывает в сфере полной самоотдачи, где нет иного выбора, кроме практики, каждое действие по-прежнему становится испытанием, требует немалой энергии и усилий, а нередко и противоречит оставшимся крохам личных желаний. Если верхней границы нет, то нет и того мгновения, когда можно позволить себе отказаться от практики.

Практика воображаемого просветления

Практика воображаемого просветления опирается на глубокое понимание практики как выражения просветленности. Преждевременные притязания на просветленность — признак слабости, но практика воображаемой просветленности выражает невероятную силу и достоинство.
"Дисциплина, если она поддерживается искрение, есть практика просветления, то есть сосредоточения интуиции на том, что более всего необходимо для обуздания но. Дисциплина — это приятие просветленной точки зрения в любых обстоятельствах и стремление к тому, чтобы такой взгляд стал всеобъемлющим и постоянным.»
Это рискованное предприятие, которое опасно для неразвитого эго. Хотя на эту тему можно много рассуждать, лишь редкие люди способны успешно осуществить такую практику.
Цель этой практики сводится к попытке задержаться в реальности пробуждения, которая ощущается за границей иллюзии обособленности. Осуществляется это так: если человек не намерен умиротворенно довольствоваться экстазом и видениями, то при первых проблесках просветленного состояния он может помочь кратковременному пробуждению закрепить все то, что необходимо для устойчивого сохранения испытанного прозрения. Когда временное, поверхностное просветление блекнет, человек возвращается к практике и начинает действовать на основе того, что воспринял в просветленном состоянии. То есть все его поступки становятся выражением просветленности, даже если внутренне он уже не испытывает просветления.
Таким образом, коан обстоятельств кроется в стремлении действовать так, словно ты просветленный. И кто станет утверждать, что человек все еще спит, если даже во сне он ведет себя как просветленный?
В сборнике «Духовный выбор» Кен Уилбер пишет: «Практика необходима, и ею можно заниматься не только с целью достичь просветления, но и так, словно ты уже просветленный. И если ведешь себя как просветленный, то каждый поступок становится очередным проявлением просветленности».
Рабби Зальман Шахтэр-Шаломи разъясняет этот процесс с точки зрения «притворства», которое в данном случае отличается от самообмана и простого подражания:
"Мне нравится слово «притворяться», оно похоже на «претворять». Думаю, любые перемены требуют определенной меры притворства. Как мне стать святым? Вести себя так, словно я святой. Я имею в виду не социальное притворство, когда разыгрываешь святого перед другими; я просто говорю себе: «Следующие полчаса я буду жить так, как, по моим представлениям, живет святой». Это не значит, что я уже стал святым, просто я даю определенную задачу сознанию и восприятию — они должны соответствовать моему воображаемому идеалу. Вполне вероятно, что впереди меня ждет немало неожиданностей, но тогда я просто подправлю свои представления о святости.»
Одно из величайших достоинств практики воображаемого просветления заключается в том, что она подвергает эго суровому испытанию. Тот, кто занимается этой практикой, каждую секунду противодействует своим эгоистическим наклонностям. Разумеется, эго начинает бить копытами и вставать на дыбы; оно царапается, кусается и пытается силой затянуть человека на прежний уровень машинального функционирования, преследующего только цели выживания. Но, если практика достаточно тверда и отражает атаки эго, сохраняется вероятность того, что эго, словно бешеный пес на привязи, устанет рваться с цепи, сдаст позиции и покорится настрою на просветленность — который, между прочим, в этом случае будет мало чем отличаться от самого просветления.

"Мой учитель никогда не кривил душой и не говорил много о просветлении. Все другие учителя делали упор на кэнсё, но Судзуки-роси говорил лишь: «Занимайся своим просветлением понемногу. Не стремись сразу испытать нечто выдающееся. Опыт просветления можно получить, двигаясь шаг за шагом».

Угрозы практики воображаемого просветления вполне очевидны. Следует четко видеть разницу между «так, словно я просветленный» и «да я и вправду просветленный!», между практикой воображаемой просветленности и неосознанными, самообманными притязаниями на просветленность. «Вести себя так, словно ты просветленный, может быть и полезно, и вредно. Все зависит от того, что послужило причиной — сознательное решение или самообман».
Главное в этой изощренной практике — помнить, что ты лишь «делаешь вид». Стоит забыть о том, что это только практика, и допустить, будто твои поступки — проявления состоявшегося, а не желаемого сдвига, как человек заглатывает наживку эго и попадает в ловушку самообмана. Само предположение о том, что ты уже добился цели практики, неизбежно ведет к высокомерию и раздутому самомнению.

Учитель как вечный ученик

Настоящий учитель — наставник для своих учеников, но в глубине души он сам остается вечным учеником. Как утверждает Его Святейшество Далай-Лама, «Я — простой монах». Несмотря на то что он является духовным и политическим главой тибетского народа, а также источником воодушевления для всего мира, в глубине души Далай-Лама считает себя простым монахом, и перед лицом своего «начальника» — самой Вселенной, — он вовсе не «Его Святейшество», а скромный служитель Великого Делания.
"Достичь просветления нетрудно; трудней сохранить чистоту своей практики. »

Большая часть цитируемых в этой книге учителей — не только наставники, но и вечные ученики. Даже если у них нет конкретного учителя, они считают, что продолжают учиться у Бога, Действительности или всего человечества.
Позиция ученика означает скромность перед лицом высшей силы, ответственность перед тем, что заслуживает огромного почтения. ... во внешнем мире внимание и время уделяется прежде всего функциям учителя, во внутреннем — задачам собственного обучения.
... «Я веду себя как учитель, исполняю роль учителя, но остаюсь учеником. Ко всем учителям, которым я доверяю, я отношусь как преданный ученик».
«Сегодня многие приписывают своим учителям высочайшие достижения. Их учитель, мол, аватара, он вышел "за пределы запредельного", и так далее. Но важен один вопрос: "Продолжает ли он учиться?"» Настоящий ученик целиком отдается учителю, а это требует большего мужества, любви и усилий, чем заявления о собственном величии."

"Духовное развитие происходит по мере того, как кундалини отрывается от ограниченного «я» и, обернувшись лицом к Владыке, начинает действовать не ради личной выгоды, но во имя великой славы «Всего, Что Реально». Это и приносит настоящее счастье. Пока мне удается направлять кундалини на эту цель, я убежден, что кто-нибудь непременно подметит мои ошибки, вытащит из любой лужи, куда я могу упасть, и подскажет верный путь."

"Пробуждение делает нас ближе к жизни, заставляет тесней соприкасаться с нею, острее чувствовать все то, что чувствуют другие, избавляет от толстокожести, отчужденности, оторванности и отстраненности. Разница в том, что пробужденный не просто находит жизнь приятней, но с большей готовностью воспринимает как радости, так и страдания мира."

«Ничто не остановит учителя, который остается вечным учеником. Его не подстережет ни самодовольство, ни поглощенность собственной божественностью или видным положением. Внимательность к себе и постоянное служение высшему оберегает от искушений власти и эго, делает помощь другим более полезной. «Человека бережет сознание того, что он слуга других, а не самого себя. Я уверена, что вполне возможно пребывать в связи с Божественным и служить людям».

_________________
Не важно, что написано. Важно, как понято.


Вернуться к началу
 Профиль  
 
СообщениеДобавлено: 17-08, 11:38 
Не в сети
Старейшина
Аватара пользователя

Зарегистрирован: 11-11, 18:06
Сообщения: 5384
Откуда: Москва
Самоотверженность и служение

Достичь пробуждения благодаря полному отказу от себя намного вероятнее, чем путем стремления к просветлению. Усилия, нацеленные на пробуждение, прилагает эго, тогда как самопожертвование означает отказ от любых усилий, когда человек целиком вверяет себя той бесконечной силе, что превышает даже сознание недвойственности.
Согласно современным взглядам, просветление подразумевает состояние единения, но с тантрической точки зрения основой учения об избавлении от эго является полный отказ от себя:
Все просто: мы можем отказаться, отступиться от себя, отречься от взглядов на реальное. Не нужно ни за что цепляться, не нужно беречь свою личность и даже свою духовность. Действительность настолько хороша, Вселенная исполнена благодати, так что мы можем отдаться жизни и отказаться от любых приемов и хитростей, помогающих держаться на плаву.

Просветление принято считать состоянием «всеведения», но отказ от себя — это погружение в полную неизвестность. Бросая тщетное стремление привести действительность в соответствие со своими желаниями, позволяя ей развиваться по собственному почину, мы высвобождаем всю энергию, которую затрачивали прежде на попытки руководить Вселенной. Ганди говорил, что, умирая для самого себя, человек тут же начинает служить всему живому.
Раньше я думала, что просветление — это значит быть где-то там, свободным, не связанным с колесом рождения и смерти, избавленным от всяких уз и вкушающим любовь... но теперь все не так. Теперь это нечто вроде: как я поступаю с тем, что дано мне сейчас, используя те средства, которым научилась? /Кристина Гроф/

Когда знаменитый учитель дзэн Иссану Дорси утверждал, что настоящий Бодхисаттва — это безупречная домохозяйка, он намеренно пытался расширить представления своих учеников о масштабах и формах служения. Служение — это целый ряд поступков, которые являются естественным следствием просветленности и отказа от самого себя.
Чарльз Тарт пересказывает историю, услышанную от Согьяла Ринпоче, личного переводчика Далай-Ламы. Далай-Лама говорил: «Если бы я был просветленным, я тратил бы все время на то, чтобы помочь другим разумным существам стать счастливее. Но чем я занят сейчас? Все мое время и так уходит на то, чтобы помочь другим разумным существам стать счастливее. Какая разница, просветленный ты или нет?»
Я по-настоящему учусь, когда прихожу в те места, где больше всего страданий, и не отделяю себя от страдающих людей. Если же я чувствую себя посторонней — а это, разумеется, бывает очень часто, — то требую от себя замечать это и разбираться в том, почему те или иные обстоятельства вызывают такой страх.
Служение — прямое следствие отказа от себя, или «объединяющего состояния». объединяющее состояние порождает такую любовь и великодушие, что «эта любовь слишком сильна, чтобы держать ее в себе или приберегать только для себя». любовь эта сама собой выплескивается наружу, охватывая все сущее:
По существу, результатом самых глубоких и искренних духовных упражнений является не возвышенное состояние сознания, но такое его состояние, в котором человек становится в полной мере восприимчивым к действительности. Именно это можно было бы назвать осознанием Бога.

Бодхисаттвы, истинные слуги Бога, рождаются после отказа от себя. Они осмеливаются не довольствоваться даже просветлением и продолжают идти вперед, к воплощению высочайшего потенциала своего существования.

Рабби Зальман: «Работа Кришны».

Есть одна чудная индуистская история. Какой-то человек пришел к Кришне и сказал: «Господь Кришна, кто твой самый верный последователь?» Этот человек считал самым истовым верующим себя, потому что весь день напролет повторял: «Хари Рама, хари Кришна» и непрестанно думал о Кришне.
«Вон тот парень, что живет у дороги», — ответил Кришна.
Человек некоторое время следил за этим парнем. Тот просыпался и произносил: «Доброе утро, Господь Кришна», а вечером говорил: «Спокойной ночи, Господь Кришна».
Человек подумал: «Подумать только! А Кришна утверждает, что это его самый верный последователь!»
Он вернулся к Кришне и сказал: «Господь Кришна, почему ты решил, что это твой самый верный последователь? Я постоянно повторяю твое имя, а он только здоровается с тобой утром и прощается перед сном».
И Кришна ответил: «Принеси-ка мне стакан воды». Человек тут же подал воду, но Кришна сказал: «Я хочу, чтобы ты как можно быстрее обошел вокруг стола семь раз, не пролив ни капли».
«Конечно!» — воскликнул человек и побежал вокруг стола.
Сделав семь кругов, он вернулся к Кришне и сказал: «Готово!»
«И сколько раз ты повторил мое имя, пока бегал?» — поинтересовался Кришна.
«Господь Кришна, я был занят, я выполнял твою задачу», — начал оправдываться человек.
«Теперь понимаешь? — спросил Кришна. — Тот парень, что живет у дороги, утром просыпается, вечером ложится спать, а все остальное время постоянно выполняет мои задачи».
Полное и окончательное подавление «я» достигается посредством не экстаза, духовного союза или чего-то подобного, а многих лет настолько самоотверженной жизни, чтобы «я», лишенное удовлетворения, не смогло этого вынести.

Сахаджа: естественное состояние

Сахаджа — это естественное состояние. Служение и отказ от себя — тоже естественное состояние. То, что подразумевают под словом «просветление», — естественное состояние. Просветленная двойственность — органичное состояние бытия. Сахаджа представляет собой легкое и естественное отношение к жизни.
... определяет сахаджу как то, что относится к «природе высшей любви» [27], и «интуицию в целом, основополагающую действительность, которая пронизывает и наполняет любое многообразие».
сахаджа-самадхи — то же самое, что «освобождение при жизни». йог, живущий в состоянии сахаджа-самадхи, «живет как бы в обоих мирах, измерении лишенного качеств бытия и измерении бытия относительного» [28]. Ли Лозовик описывает сахаджа-самадхи как «сатори с открытыми глазами, постоянное сатори, а не краткий проблеск ясности». Сахаджа — это жизнь в свободе, когда все реальное соединяется в человеческом облике, на этой земле; жизнь в Абсолюте, в естественном состоянии — самое необычное для человека переживание.

Возникает вопрос: если сахаджа — состояние естественное, то как называть все остальное? Все прочее, включая просветленность и мистические переживания, следовательно, не то, чем кажется. Это просто игра эго, величайшая иллюзия обособленности и проявления кармы, непрестанно возобновляющей человеческие страдания. Сахаджа — состояние подлинного человека, освободившегося от оков жадности, корыстолюбия, ненависти и заблуждений.
Все, что не сахаджа, — состояние измененное, то есть «восприятие» вне сферы обычной действительности. Перебегая от одного учителя к другому, пробуя самые изощренные практические приемы, люди, по существу, пытаются найти наиболее приятные измененные состояния, хотя на самом деле должны стремиться к состоянию естественному, неизмененному, свободному от помех, самообмана и манипулирования. Просветление — это неизмененное состояние, когда живешь здесь-и-сейчас, той жизнью, какова она есть.
.... В конце концов, все, что было здесь сказано, есть не более чем лопающийся мыльный пузырь, а тому, что останется, суждено быть единым целым с нашей теперешней жизнью, непосредственно с человеческим «я», и быть открытым целому, не спрашивая нас, доставляет ли нам это удовольствие — просто быть единым целым.

Слово «сахаджа» буквально означает «одновременно рожденное» или «одновременно возникшее». Оно выражает ту идею, что свобода не является для нас чем-то внешним, но представляет собой собственно наше состояние, что феноменальная действительность (сансара) возникает одновременно с трансцендентной (нирваной) и в ее рамках, что обусловленное сознание и просветленность не являются взаимоисключающими началами
«Энциклопедический словарь йога»


Сахаджа — то самое состояние совершенства, о котором мы мечтаем, — выглядит «измененным» состоянием именно потому, что отличается от всего известного сознанию. Люди, побывавшие в нем хотя бы несколько мгновений, воспринимают это состояние как нечто совершенно отличное от известной им реальности, но в то же время до странности знакомое, правильное и естественное. В этом состоянии человек постигает собственную органичную девственность — извечную Реальность, что кроется за многочисленными покровами иллюзорного.
Эта работа вполне элементарна и естественна — никаких световых столбов, вспыхивающих в сознании, никакого хождения по воде или воскрешения мертвых. Бог с ними, с мертвыми: воскресите хотя бы себя!

Пребывающие в сахадже утверждают также, что необычное очень скоро становится привычным. Поскольку это самое естественное — точнее, единственное естественное — состояние, для полного привыкания к сахадже как истине требуется не так много времени.
«Оно становится чем-то обычным. В самом начале переживания необыкновенны, но потом, когда к ним привыкаешь, они становятся чем-то обыденным и повседневным».
«Трудно понять, что в духовной свободе нет ничего особенного, ничего необычного. Потому-то она так драгоценна».

Утверждающие о своей тяге к просветлению нередко мечтают обо всем, кроме того, что приносит подлинное удовлетворение. Мы ловим самих себя за хвост, а после жалуемся, что не продвинулись ни на шаг, хотя в действительности делали все возможное, лишь бы избежать полного уничтожения, которое необходимо, чтобы перенестись туда, куда надлежит попасть. Мы утомляем себя исканиями — а в этом и заключается цель и смысл исканий, — до тех пор, пока не поймем, какую цену придется заплатить за то, чего хочешь всей душой. И когда цена известна, мы либо платим ее, либо нет.

Цена

За возможность «отсутствия конца» и беспредельного восхождения к высочайшему уровню существования человека — за сахаджу — приходится платить всем. Всем, что у тебя есть.
Именно этого требует отказ от себя: полного отречения от своей личности, всех представлений о себе и окружающем мире. Нужно отдать всё, хотя потом ты можешь снова всё обрести. «Приходится ставить на карту все. Даже самого себя, каким ты себя считаешь. Большую часть того, кем ты себя считаешь».

Думаю, что цель духовной работы — сделать время, отведенное на земной путь, сколько-нибудь осмысленным. Пожалуй, не более того.
Ради возможности — отнюдь не гарантированной — получить Величайший Дар, нужно отдать все, что имеешь. За это платишь самим собой. Махатма Ганди говорит: «Господь не приемлет ничего, кроме полной самоотдачи. Только такой ценой можно обрести свободу».

Полный отказ от себя означает, что, когда почетная награда будет доставлена адресату, не останется уже прежней личности, «сознающей себя». Награда — освобождение из плена эго, но самому эго этой свободой уже не насладиться. Так задуман Божественный розыгрыш: в духовное путешествие пускается один, а завершает его совсем другой, и никто не в силах понять это, пока не дойдет до самого конца.

Побочный эффект, делающий духовную работу более привлекательной, состоит в том, что она дает возможность сострадать и развивает способность любить. Я не думаю, что это необходимо для просветления, что бы под ним ни понималось.

«За право жить простейшими слоями самого себя приходится расплачиваться всем. Для того чтобы жить подлинно мистической жизнью, нужно научиться пребывать в состоянии полной уязвимости, которую многие люди просто не в силах выдержать».
Дюркхейм:
Неразрушимое может проявиться в человеке лишь тогда, когда он снова и снова открывает себя уничтожению. В этом и заключается благородство дерзновений... Только многократное прохождение по разрушительным сферам делает связь с не гибнущей Божественной Сущностью крепкой и неразрывной. Беззаветная способность смотреть в лицо миру, который грозит человеку изоляцией, открывает все большие глубины Основ Бытия, возможности новой жизни и нового Становления.

Каждый мечтает о просветлении, но не все готовы платить надлежащую цену. По правде говоря, многие не желают платить вообще ничего и надеются получить его за часок утренней медитации и отказ от пары дурных привычек.

Как можно преодолеть свою слабость, не имея воли на то, чтобы преодолеть слабость?Отвечу, нужно любить Работу (четвертого пути) больше собственной жизни.
По этой причине они десятилетиями скитаются по духовному замкнутому кругу, отрекаясь от некогда искренней тяги к реализации. «Типичные искатели приходят на духовный путь, к духовному учителю с пустыми руками и наглухо запертой душой; они надеются получить, не давая ничего взамен».

Еще один подвох духовной сделки с Богом заключается в том, что, получив великий Дар, ты уже не в состоянии оставить его себе. Для того чтобы продолжать путь к беспредельным возможностям, тебе приходится отдавать, отдавать и снова отдавать — так, как отдает Бодхисаттва, чьи руки и сердце настолько горячи, что, если не раздать обретенный дар, он просто сгорит дотла.
Вы увидите, что в жизни вы получаете ровно то, что даете.
Настоящая духовная жизнь — умение отдавать, а не получать.
Многие первым делом задают вопрос: «Что мне это даст?» или «Какую пользу это мне принесет?» Я всегда отвечаю одно и то же: «Это совсем не для вас, не для вашей пользы. Вы ничего от этого не выиграете. лично я ничего от этого не выиграл. Вам предстоит не получать, а отдавать — вот в чем дело. Только отдавать — и самим платить за возможность отдавать. Вам же и придется за это платить. И в конце концов у вас ничего не останется. Совсем ничего. Если это вас не пугает, вы пришли в нужное место.
Такова цена за настоящее золото духовной жизни.
Вы относитесь к миру и жизни так, будто имеете право требовать и брать. Вы верите, что так и должно быть, просто потому, что вы — это вы! В этом вся ваша слепота.
Подлинная духовная жизнь совершенно отличается от всего, что о ней говорят. Даже если всю жизнь ходишь в церковь, синагогу или медитационный зал, можешь никогда не найти ее среди строк священных писаний. А те, кто все же осмеливаются прочесть о ней, чаще всего либо настолько пугаются, что вообще отказываются об этом думать, либо начинают ошибочно полагать, будто уже все поняли.
Есть и третьи, кто действительно ощущают привкус подлинной духовной жизни и честно признаются себе, что им этого просто не вынести, хотя они с огромным почтением относятся ко всем, кто нашел в себе силы вести такой образ жизни.

Просветление — не то, что способно вообразить эго. Это ничто, его нет, это лишенный содержания термин, которым пользуются те, кто тянется к чему-то выходящему за рамки обычного. Те же, кто достиг настоящего освобождения, просто предлагают окружающим жить полной, сострадательной жизнью здесь и сейчас.
Можем ли мы сосредоточиться на небесах и преисподней достаточно надолго, чтобы понять, в чем состоит подлинное освобождение от иллюзий?
Эндрю Коэн

Сахаджа — совершенная действительность, по праву принадлежащая каждому человеку. Это единственное естественное состояние, «бесценная жемчужина», цена которой — сама жизнь. Это настоящая духовная жизнь — полное уничтожение ради возвращения к неисчерпаемости и величию того, что просто есть.

_________________
Не важно, что написано. Важно, как понято.


Вернуться к началу
 Профиль  
 
Показать сообщения за:  Поле сортировки  
Начать новую тему Ответить на тему  [ Сообщений: 48 ]  На страницу Пред.  1, 2, 3, 4, 5

Часовой пояс: UTC + 3 часа


Кто сейчас на конференции

Сейчас этот форум просматривают: нет зарегистрированных пользователей и гости: 0


Вы не можете начинать темы
Вы не можете отвечать на сообщения
Вы не можете редактировать свои сообщения
Вы не можете удалять свои сообщения

Найти:
Перейти:  

| |

cron
Powered by Forumenko © 2006–2014
Русская поддержка phpBB